Уильям Кент. История ландшафтного искусства.

Уильям Кент
Англичане считают основателем пейзажного стиля Уильяма Кента, хотя нужно думать, что сама идея была высказана раньше его работ, и в самом развитии его деятельности большое значение имели покровительство и советы Берлингтона.
Кент был родом из Ротергема в Йоркшире и начал карьеру скромным ремесленником (он расписывал кареты). Благодаря щедрости одного из своих земляков, ему удалось побывать в Италии и выдвинуться там в качестве живописца, так что по возвращении на родину его пригласил на службу и доставил массу заказов известный архитектор и меценат лорд Берлингтон.
Кент строил дом Казначейства в Сент-Джеймсском парке, дом Девоншир на Пиккадили, широко раскинутый дворец Холкхем-холл в Норфолке, довольно тяжелый, но хорошо разработанный дворец Конной Гвардии (Horse Guarde) и др.
Во всяком случае, две последние из упомянутых построек интересны по довольно сложному распределению масс, и это показывает, что Кент мог бы интересно распределять в парке возвышенности и рощи. Как живописец он был плоховат, так что Хогарт называл его самым «скверным мазилкой» во всей Англии и Италии. По словам книги Вальполя «Essai sur l’art des jardins modernes», Кент был очень большим мастером как устроитель садовых пейзажей.
«Основными принципами его (Кента) искусства,— говорит Вальполь,— были перспектива, свет и тень; материалами: почва, вид которой он изменял сообразно с общей картиной, и деревья, которые он распределял то отдельно, то группами, то зарослями так, чтобы вид непрерывно изменялся, получались перспективы и не было слишком больших пространств однообразного вида».
Кент не признавал прямых аллей, так как считал, что в природе их не бывает. Поэтому дорожки в его парках прихотливо извивались, хотя по большей части случайно, потому что у Кента не хватило бы ни таланта, ни времени изучить каждый извив.
Кент пользовался для украшения водой — «красивый ручеек в парке, кажется, льется естественно; и если задерживается из-за неровностей почвы, то течение скрыто зелеными рощицами так, что он появляется снова там, где ему естественно появиться. Кент обратил внимание на красоту кроны отдельных деревьев и часто оставлял посреди лужайки сосну или тополь, чтобы они разрослись на свободе. Если густая листва старого леса сильно развивалась и производила впечатление своей густотой, то Кент расчищал передние ряды и оставлял там несколько отдельных пней, чтобы прибавить несколько легких теней».
Кенту, как и Бриджмену, приписывают установление связи между садом и окрестностями; говорят, что он совсем уничтожил ограды, а аллеи продолжил за границу сада, как будто бы не было окружающих рвов. Однако уже было указано, что аллеи Бедмингтона продолжались за садом, а соединение сада с окружающей местностью назревало постепенно, по мере возрастания безопасности жизни. Кроме того, это было дешевле, и в конце XVIII в. все сады были окружены глубокими рвами с легкой изгородью в глубине его.
Документальные материалы, т. е. планы и виды парков, устроенных Кентом, не дают определенных указаний на характер его творчества, что отчасти зависит от легкости изменения пейзажного парка, фантазии художников и граверов, а также не всегда возможно определить, сделано ли изображение до или после изменения. Кенту принято приписывать парки Эшер, Клермонт, Карлтон-хауз, Розентем (генерала Дормера), Ричмонд, Ганнерсбери, Кенсингтон и окончание садов Стоу.
Сады Карлтон-хауза, принадлежавшие принцу Уэльскому, как видно по гравюре Буллета, имели еще совсем архитектурный стиль. Оставалось симметричное расположение посадок, вырезные стены зелени, но все пространство покрыто газоном, деревья чудесно разрослись, и вдали виден довольно тяжелый храм. Парк Эшер мало интересен по разбивке, так как аллеи проведены ломаными линиями, пруду сохранена прежняя треугольная форма, использованы только естественные склоны холмов в одном из участков и построено довольно много грузных храмиков.
Парк Ганнерсбери, расположенный недалеко от Лондона, цел до сих пор, но увеличен и изменен во времена принцессы Амелии. Из сооружений Кента там сохранены готическая руина и несколько храмиков. Один из них стоит под сенью вековых кедров на прямом откосе пруда. Кент ли не доработал эту картину, или ее изменили впоследствии — решить трудно.
Парки Ричмонда уже упомянуты, но в них работали пейзажисты нескольких поколений. Сады Кенсингтона очень красивы и сейчас, так как вековые деревья раскинуты по красивым лугам. Впрочем, сады выигрывают от того, что в них обыкновенно приходится попадать из Гайд-парка, не особенно красивого и обыкновенно переполненного толпой.
Окончание садов Стоу было произведено У. Кентом вместе с Л. Брауном, а если к этому прибавить, что там работали еще архитекторы Хервуд и Леони, то для небольшого парка этого, пожалуй, более чем достаточно.
Кент подчеркнул некоторые детали пейзажа: формы рощ округлил, усилил наклон скатов, уничтожил прямые аллеи и т. п., но, к сожалению, теперь трудно судить об этом, потому что многое, по-видимому, было основано на случайных эффектах.
Впрочем, Кент, по-видимому, очень много придавал значения всякого рода постройкам, что и естественно для архитектора и пейзажиста, побывавшего в Италии. На небольшом сравнительно пространстве Стоу Кент и упомянутые архитекторы построили храм Вакха, храмы Венеры, Дружбы, готический, греческий, Пасторальной Поэзии, Дома знаменитых британцев, старинной добродетели, пустыньку св. Августина, статую Дриады, пещеру Дидоны, колонну короля Георга, памятник королевы Каролины, полукруг семи англосаксонских божеств, грот пастуха, зал Нельсона,
Палладиев мост и т. д. Само перечисление показывает, что парк, оснащенный этими достопримечательностями, казался утомительным калейдоскопом, даже если допустить, что постройки были очень красивы.
Как раз в последнем их не всегда можно упрекнуть. Храм Дружбы был очень тяжел, готический слишком сложен, а дом знаменитых британцев очень скучен. Кента приходится считать родоначальником некрасивой манеры не только заполнять сады постройками, но и нагромождать пейзажные эффекты. Стремясь к естественности, Кент доходил до противоестественных приемов. Так, например, он обсадил Кенсингтонский дворец засохшими деревьями, ввиду того что таковые нередко встречаются в природе.

Запись опубликована в рубрике Новости. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий